Во время нынешних президентских выборов город на Кавказе проголосовал куда активнее, чем село
26.04.18

Перенос результатов президентских выборов в регионах Северного Кавказа на карту позволяет оценить масштаб демографических и экономических изменений, которые происходят здесь и связаны прежде всего с бурным ростом городов. Впервые предоставленная избирателям возможность голосовать по месту фактического проживания обеспечила во многих городах СКФО значительный всплеск как явки, так и процента голосов за действующего главу государства. Но этих новых горожан еще предстоит интегрировать в городскую среду, которая на Кавказе требует повышенного внимания, особенно в контексте задач пространственного развития страны. Акцент на данной теме должен актуализировать комплексный подход к Северному Кавказу, убежден кандидат географических наук, доцент МГУ Александр Панин, на протяжении последних лет занимающийся подробным картографированием социально-экономических процессов в СКФО.

О чем говорят электоральные карты

Сравнивая составленные вами карты по итогам выборов президента в 2012 и 2018 годах, легко заметить, что Северный Кавказ стал более однороден и по явке, и по доле голосов, отданных за Владимира Путина. При этом традиционно кавказские результаты сохранились, но оказались далеко не близкими к стопроцентным по явке и голосованию за действующего президента, как раньше. С чем это связано?

Да, на «русском Кавказе» (Ставрополье и Кубани) значительно выросла явка. Произошло определенное выравнивание электорального ландшафта на фоне небольшого падения явки в национальных республиках. Существует мнение, что из администрации президента был получен сигнал: результаты выборов не должны противоречить здравому смыслу. Но в действительности выравнивание результатов связано с тем, что избирателям впервые было предоставлено право голосовать не по месту регистрации, а по месту фактического проживания, и здесь результаты выборов отражают демографические и экономические процессы в СКФО. На картах снижение явки хорошо заметно в крупных городах: Махачкале, Грозном, Черкесске. Многие их жители, работающие и фактически живущие в Москве, Сибири и других регионах, просто не приехали в этот раз голосовать домой.

Особый интерес вызывает Махачкала. Там в дополнение к основным трендам добавились изменения в привычной схеме городского управления, незадолго до выборов произошли аресты мэра и ряда высокопоставленных дагестанских чиновников. В результате явка в столице республики заметно упала.

«Русские города» Кавказа, напротив, смогли существенно нарастить явку. Это немного странно, ведь мы хорошо знаем, насколько здесь традиционно сильны протестные настроения. С одной стороны, сыграли свою роль свежие политические технологии, с другой — улавливается связь с демографией: города растут более высокими темпами, и, как только их новые жители получили возможность голосовать по месту фактического пребывания, это сразу сказалось на явке.

В итоге получилось, что город на Кавказе проголосовал куда активнее, чем село. Особенно это заметно по некоторым полиэтничным восточным районам Ставрополья, где характер миграционных процессов и скорость изменения этнической структуры остаются сложными. Все это оказывает прямое воздействие на управляемость территориями. Считаю, составленные нами карты отражают не реальное распределение голосов, а уровень административного контроля, прежде всего на муниципальном уровне. После 2003 года выборы — это такой дизайн политических договоренностей центра и регионов. Хотя это вовсе не означает, что президент не имеет той ошеломительной поддержки среди населения, которую фиксирует статистика.

Президентские выборы-2018 уже названы одними из самых технологичных за всю историю России. Насколько активно избирательные технологии использовались в ходе предвыборной кампании на Северном Кавказе?

На этапе организации выборов главной головной болью для всех уровней власти являлась явка, поскольку предшествующие выборы показали ее уверенное снижение. Однако перед местными администрациями стояла задача не только привлечь избирателей на участки, но и добиться того, чтобы в ходе кампании обошлось без протестов, громких скандалов и нарушений. Поэтому федеральный центр, формирующий понятийный контур выборов, требовал не просто «дать цифру», а обеспечить позитивный ландшафт процесса. Борьба шла не столько за относительные, сколько за абсолютные показатели. Людей на выборы президента должно было прийти больше, чем в прежние годы: это и есть убедительная демонстрация поддержки выбранного курса.

Кроме прочего, рост явки в городах стал результатом серьезной работы региональных управлений по внутренней политике. Были задействованы сервисы МФЦ для информирования о смене места голосования, проведено воздействие на разнообразные социальные группы городского населения и даже запущены акции в Instagrаm, «ВКонтакте» (например, #фотонавыборах) и т.д. Наконец, появилось понимание того, что в ряде крупных городов (Ставрополь, Краснодар, города Кавминвод и т.д.) людей больше, чем считает официальная статистика. В них куда сложнее социальная и этническая палитра. В отличие от большинства регионов России, здесь сохраняется значительный потенциал урбанизации: ее уровень на Северном Кавказе составляет 55%, а в среднем по стране — 73%. В итоге многочисленные новые «сельские» горожане СКФО отправились на выборы и смогли изменить градиенты политической карты с протестного на лояльный власти.

Вызов пространственного развития

Не так много времени осталось до десятилетия образования СКФО. Удалось ли заметно приблизиться к выполнению главной задачи создания округа — сокращению разрыва со среднероссийскими жизненными стандартами?

Задачи федеральных округов, включая Северо-Кавказский, были в первую очередь политическими, и во многом они выполнены — СКФО не исключение. Теперь в приоритетном порядке решаются экономические задачи. С появлением Министерства по делам Северного Кавказа функции власти в развитии экономики региона стали более понятными. Появились точки роста наподобие курорта «Архыз», но их развитие — не быстрый процесс. Позитивные сдвиги в экономике СКФО, конечно же, есть, однако дальнейшие перспективы по-прежнему зависят от состояния региональных бюджетов, от их возможностей инвестировать в создание инфраструктуры.

С точки зрения экономики и инвестиций, Кавказ остается недоизученным, и для раскрытия его потенциала нужны комплексные программы. Наши карты говорят о том, что СКФО разный, и с этой мозаикой надо научиться работать. Долгое время казалось, что все проблемы можно решить экономическими методами — строить заводы, курорты, и все заживет. Но данный подход не работает — проблемы региона необходимо решать комплексно. Тем не менее главное, что сделано за последние годы, — существенно снизилась террористическая угроза. Это уже оказывает благоприятное воздействие на экономику. Например, еще несколько лет назад туризм на Северном Кавказе был уделом экстремалов, а теперь все больше людей из других регионов России не боятся сюда приезжать. Особенно после того, как поездки в Европу стали дорогим удовольствием.

В последнем послании президента Федеральному Собранию была особо акцентирована тема пространственного развития, в связи с этим предлагается в ближайшие годы значительно увеличить инвестиции в региональную инфраструктуру. Но регионы со своей стороны тоже должны генерировать проекты, которые наполнят эту инфраструктуру жизнью. Что здесь должен предлагать Северный Кавказ?

Пространственное развитие и формирование межрегиональных связей — ключевая задача для СКФО. Особенно если учесть количество проектов на небольшой территории округа, которые прямо конкурируют между собой. Поэтому то, что сказал в послании президент, — повод использовать комплексный подход к Северному Кавказу, почувствовать его в целом, а не концентрироваться на отдельных бизнес-идеях.

Здесь, кстати, можно ориентироваться на опыт других стран. Во Франции, например, нет программы развития горнолыжных курортов. Вместо этого существует программа развития горных территорий — сел и малых городов, а в нее уже вписывается туристическая инфраструктура. Так же надо действовать и на Кавказе: сначала мы развиваем территорию, а затем уже на ней появляются крупные проекты. Определенное движение в этом направлении уже идет: за последние годы в СКФО значительно улучшились дороги, в целом транспортная инфраструктура. Логично предположить, что это повлечет за собой оживление бизнеса.

Отдельная важная для Северного Кавказа тема — развитие городов, о чем в президентском послании также много сказано. Города СКФО, испытывающие огромную нагрузку на инфраструктуру, требуют постановки грамотных целей в области благоустройства. Выборы показали, что уровень благоустройства — один из ключевых подходов к избирателю.

Досье

Александр Панин родился в 1979 г. В 2002 г. окончил Ставропольский государственный университет по специальности «информатик-географ», в 2005 г. защитил диссертацию кандидата географических наук. В 2005-2007 гг. работал на кафедре экономической, социальной и политической географии Ставропольского госуниверситета, в 2008-2010 гг. заведовал сектором демографии и миграции Института социально-экономических и гуманитарных исследований Южного научного центра РАН. В 2008-2012 гг. — директор инновационного центра «ГИС в управлении территорией и ведении городского кадастра». С 2012 г. — директор департамента геоинформационных технологий компании «ФОК (Финансовый и организационный консалтинг)». Автор 80 научных работ, участвовал в составлении Этнического атласа Ставрополья.

Николай Проценко

Поделиться публикацией: